* * *
Франк проснулся поздно и начал, как мог, быстро собираться в универ – вести занятие по готскому. Он трижды подходил к дивану в гостиной, где спала Анна, чтобы узнать, не проснулась ли она. Что-то бормоча на неразборчивом баварском диалекте, Франк тихо ушел, закрыв за собой дверь на ключ.
Анна встала. Притворяться спящей было единственно возможным решением, чтобы не видеть, не слышать и не разговаривать с ним. Самочувствие ухудшилось, действие «Терафлю» прошло. Идти на занятия в таком состоянии было бы самоубийством, да и невозможно: ноги еле передвигались, голова кружилась, по всему телу – слабость.
Рассчитывать можно было только на друзей. Маша откликнулась принести лекарства, нужно только подождать несколько часов.
Готовить завтрак не было ни сил, ни желания, идти на кухню – тем более, особенно после вчерашнего. Но организм заставил подняться и пойти заварить пакетированный черный чай, намазать масло на гречишный хлеб, сесть за кухонный стол и смотреть на стену.
Серо-зеленая кафельная плитка кухни состояла из повторяющихся рисунков. Анна только сейчас обратила внимание на японские мотивы: красивые девушки в кимоно с зонтиками, самураи с мечами на поясе, беседки и храмы у озера, гора Фудзи.
– Какая идиллия. Стоило учить японский, – сказала Анна персонажам на стене.
Через пару часов Маша пришла вместе с Кириллом, чему Анна, с одной стороны, обрадовалась, с другой – растерялась: нерасчесанные и спутанные волосы, опухшие веки, какая-то мятая невзрачная сорочка до колен на голое тело.
«Перед парнями так не появляются, но Кирилл ведь друг», – подумала Анна.
– Ну что, больная ты наша, совсем раскисла?! – Маша умела посочувствовать. – Мы принесли тебе мед и лимон, давай пить чай.
Друзья рассказали Анне, что она мало что потеряла сегодня, не пойдя на пары, затем поделились своими планами на Новый год в Питере.
– А где вы с Франком будете встречать Новый год в Германии? – спросил Кирилл.
Вопрос поставил Анну в тупик. Она уже забыла про предложение Франка отправиться первого января в предгорье баварских Альп, посетить замок Нойшванштайн. В голове была одна мысль: «Как бы не полететь, что угодно, но только не лететь с ним в Германию».
– Я не знаю. Я вообще никуда не полечу.
– Вот те на! – раздосадовалась Маша. – Это чего ты так? Подожди, сейчас пропьешь противовирусные, и станет лучше, полетишь. Когда у вас рейс?
– В пятницу, уже через три дня.
– Должно полегчать.
– Маша, ты не понимаешь, я не хочу вообще лететь с ним в Германию, вообще никуда не хочу с ним.
Маша и Кирилл переглянулись. Похоже, последствия от регрессии продолжали развиваться в нечто более серьезное.
– Что-то еще случилось? – осторожно поинтересовалась подруга.
– Пойдем поговорим, – Анна встала из-за стола и повела Машу из кухни в другую комнату, обсуждать событие вчерашнего вечера при парне она не могла.
– Что, совсем все плохо?
– Он меня вчера изнасиловал, – сказала Анна.
– В смысле? – не поняла Маша.
– В прямом. Силой взял на кухне, – Анна закрыла лицо руками, и уже привычные слезы вновь побежали к подбородку.
– Он тебя бил, душил, резал?
– Нет. Маша, он пришел пьяный и начал ко мне приставать. Я еле сама на ногах стояла из-за температуры, а он… он против моей воли…
– Ну, ты меня прости, подруга, но я ничего криминального здесь не вижу. У вас просто был секс.
– Просто секс?
– Ну, подумаешь, он взял тебя без твоего согласия. Мой бывший так часто делал, особенно когда я его злила. И не могу сказать, что мне это прям так уж не нравилось.
– Маша, ты вообще о чем? Все было точно так, как в прошлой жизни. История повторилась.
– Не драматизируй, Аня. Не повторилась. Ты сейчас жива, в отличие от прошлого раза.
– Ну спасибо, успокоила. Правда, жить вообще не хочется…
– Ань, прекрати! А то я сейчас сама тебя прибью! – Маша была строга, как никогда, но именно это вразумило Анну, и она постепенно начала успокаиваться.
– Не дождешься от тебя понимания, – сказала Анна, поняв, что от подруги не будет сочувствия ее страданиям.
– Тебе надо с Франком поговорить нормально. Расскажи ему о сеансе.
– Кирилл мне тоже это советует.
– А когда это Кирилл успел тебе дать советы? – Маша поменялась в лице. Похоже, она не знала, что они встречались вчера.
